— Да, милый… Где я? Уехала отдохнуть за город. Конечно сама, что за вопрос. Я тоже, дорогой, я тоже. Ты когда приедешь? Через два дня… Я буду ждать, я уже жду… Считаю каждый день.
Артур яростно сжал руки в кулаки, чувствуя, как волна бешеной ревности поднимается в нем. Ревности на которую он не имел ни малейшего права. Только теперь это чувство поселилось в его груди, и будет подтачивать как червоточина медленно и ядовито, разъедая его серной кислотой.
Инга вернулась в спальню, потянулась за платьем.
— Он звонил?
Она кивнула, и надела платье через голову.
— Не помню где мои трусики?
— В зале на ковре, если не ошибаюсь.
Он встал и пошел за ней как пес за хозяйкой. Инга быстро одела шелковые слинги, подняла чулки и затолкала их в сумочку, потом подошла к зеркалу.
— Отвези меня домой, хорошо? Герман через час позвонит на домашний. Не хочу его злить.
Артур ничего не ответил, вернулся в спальню, быстро оделся, застегнул все пуговицы на помятой рубашке. Тронул ссадины на щеке. "А шрам и правда останется. И не только на лице" — Артур поправил часы на запястье и посмотрел на обручальное кольцо. Ему захотелось сдернуть его с пальца и зашвырнуть в окно.
Инга все еще крутилась перед зеркалом, поправляя непослушные волосы, припудривая лицо, тщательно замазывая синяк. Сколько раз он наблюдал, как женщины одеваются, прежде чем уйти из его квартиры и с трудом сдерживался от приступа раздражения. Сейчас он испытывал разочарование. Он не хотел, чтобы все заканчивалось так же банально, как и с другими. Подошел к Инге сзади, обнял за талию и посмотрел через зеркало:
— Когда я увижу тебя снова?
Инга усмехнулась:
— Завтра понедельник, значит, увидимся на работе.
Артур повернул ее к себе:
— Ты знаешь, о чем я. Когда я увижу тебя наедине?
Инга поправила прядь волос за ухо, а потом погладила его по щеке:
— Я позвоню тебе сама. Поехали, Герман не любит, когда меня нет дома. Тем более он скоро приедет.
"Прости, Бобик, ты очень милый, но твоей хозяйкой я не стану", — почему то пришло ему на ум.
— Позвонишь когда? — требовательно спросил Артур и тут же почувствовал себя идиотом. Сколько раз тот же вопрос задавали ему случайные любовницы. Тогда он бесился, его злило что они спрашивают, раздражала их назойливость. Теперь он сам спросил и как дурак ждал ответа.
— Позвоню, когда будет время обязательно, — пообещала она — поехали.
Артур высадил ее неподалеку от дома и долго смотрел вслед, потом поискал свой сотовый и выругался когда понял, что в нем уже давно закончилась батарейка.
12 ГЛАВА
ИГРА ПРОДОЛЖАЕТСЯ
Я быстро поднялась по лестнице к себе в комнату и упала на постель. Меня трясло. Я понимала, что сегодня переступила все границы, но я дорвалась до него, до его тела, до его ласк. Все было так, как я представляла, нет даже лучше. Мне было с ним слишком хорошо, мне было феерически хорошо. Артур снова показал мне, как легко может управлять моим телом и возносить меня к самым острым вершинам наслаждения. Раз за разом. Его горящие страстью глаза, жадные руки, дерзкие губы — все это свело меня с ума. Он меня чувствовал. Я не знаю, как передать это словами, он чувствовал, чего я хочу в данный момент, насколько глубоко хочу, насколько порывисто. Наши тела пели в унисон так громко, что каждая клеточка во мне до сих пор дрожала. В моих воспоминаниях не было и десятой доли того урагана, который он обрушил на меня за эту ночь. Но я все равно помнила, зачем все это сделала. Я все равно не отступилась от мести, даже наоборот я возненавидела его еще сильнее. За то что он так хорош, за то что он самец и секс-машина не знающая усталости. Наверняка он такой всегда и со всеми. Я лишь одна из…сотни? Тысячи? Интересно он запомнил бы мое имя, если бы я не была его начальницей? Но я испытывала триумф. Впервые за все время, что я его знала, Артур спросил, когда мы встретимся снова. Он не ушел с равнодушной миной, он не сказал, что позвонит сам, в конце концов, он даже не назначил новую встречу. Нет. Он спросил, когда увидит меня снова. А вот теперь начиналось самое трудное. Устою ли я? Смогу ли играть дальше по его правилам? Кто из нас сломается? Позвоню ли я ему? Возможно, но он будет ждать и мучиться. Я устрою ему адскую пытку. Дал слабинку — получи удар ниже пояса. Когда-то нежная, маленькая Васька, провожая любимого спрашивала: "Когда ты приедешь? Ты позвонишь?". Он отвечал ей, что конечно позвонит и вечером вернется и мог выключить сотовый на неделю, а появится через две. Артур, я верну тебе все сторицей. Теперь ты будешь ждать. Только мне будет очень трудно, но я справлюсь. Обязательно справлюсь. Я подошла к зеркалу и ужаснулась — на скуле синяк, губы искусаны, истерты и стали припухшими и ярко-алыми, он их терзал, а я кусала, когда он яростно брал меня снова и снова. Не жалея, проникая так глубоко, что я орала как раненное животное. За эту ночь я кончила в несколько раз больше, чем за всю жизнь. Только от сознания, что это ЕГО руки, ЕГО язык, ЕГО плоть. Черт бы его подрал. Только бы Герман не заметил. Я скинула платье и ужаснулась еще больше. На ногах отпечатки от его пальцев, соски стали красными и воспаленными, а заветное местечко истерто так, что, я, наверное, с трудом смогу сесть на стул. Столько секса за один день у меня не было с тех пор… Ха! С тех пор как я с ним рассталась. Точнее с тех пор как он меня бросил. Черт, а Герман вернется через два дня. Нужно дуть в аптеку за мазью от синяков. Во мне сражались разные чувства — ярость, блаженство, дикая радость и любовь. Проклятая все ни как не дохнущая любовь к моему палачу. Жалела ли я о том, что произошло? Не капли! Я получила то, что хотела и как хотела. Я буду жалеть лишь в том случае, если сдамся легко во второй раз, если проиграю, а сейчас жалеть не о чем. Я быстро переоделась, расчесала непослушные волосы и решила сходить в парикмахерскую. Я хотела выглядеть еще лучше, чем раньше. Я должна излучать радость жизнью в тот момент как он будет ждать моего звонка. Очень скоро Артур получит по электронной почте фотографии с аварии и у него начнутся большие неприятности. Гораздо большие, чем были сейчас. Зазвонил домашний телефон, и я быстро ответила. Конечно, это был Герман. Я услышала его голос и почему то испытала раздражение. Впервые за все семь лет, что мы вместе.
— Детка, ты уже дома моя хорошая?
— Дома. Вот пойду сегодня в косметический салон, красоту наводить для тебя, милый.
На самом деле я хотела посетить солярий и купить мазь иначе синяки на моем теле Герман обязательно заметит. Был еще один способ скрыть от него "следы преступления". Это заняться с ним безудержным сексом и просить его оставить на мне синяки. Мысль, о том, что мне нужно будет спать с Германом показалась крайне неприятной. На душе даже кошки заскребли. А избежать ведь не получится. Герман соскучился и первым делом потащит меня в постель.
